Третья планета

Информационный портал

Ранняя республика в Риме

Ранняя республика в Риме

Начало

Войны, которыми до краев наполнена история Рима IV в. до н. э., вызывавшиеся потребностями социально-экономического развития, в свою очередь, воздействовали на римское общество. Заметно углубились различия внутри плебейства, все большее значение приобретала его богатая верхушка, тянувшаяся к занятию почетных должностей. Добившиеся их плебеи включались в состав знати, хотя и воспринимались патрицианской аристократией как «новые люди» (homines novi), т. е. как выскочки. Эта новая знать старалась найти себе опору в комициях, которая обеспечивала бы ей голоса на выборах.

С начала Республики искатели должностей облачались в белую (candida) тогу (откуда происходит слово «кандидата}, ходили по Форуму или Марсову полю и просили граждан подать за них голоса. С развитием конкуренции, которая, естественно, обострилась после допуска плебса к магистратуре, искательство должностей (ambitus) стало приобретать одиозные формы. Поэтому в 358 г. до н. э. был издан закон (de ambitu), ограничивавший неумеренное домогательство благосклонности народа по всему городу, на рынках и ярмарках. Закон был направлен против «новых людей». Особую роль на выборах играла клиентеда. Чем больше клиентов имел кандидат, тем легче добивался он успеха. Но институт клиентелы был связан с патрициатом и был его орудием в избирательных комициях. Плебейская знать вынуждена была искать для себя источник обретения клиентов. Он был найден в вольнотпущенничестве. Отпущенный или выкупившийся на свободу раб становился клиентом бывшего господина. Пытаясь притормозить процесс создания послушной, зависимой от вчерашних господ из плебейской знати клиентской массы и вместе с тем изыскивая дополнительные возможности для пополнения казны, сенаторы одобрили Манлиев закон. Он был принят затем в собраниях плебса по трибам в 357 г. до н. э. Согласно этому закону, выходящий на волю раб уплачивал казне специальный налог в размере 1/20 выкупной суммы (Ливий, VIII, 16, 7). Появление Манлиева закона показывает растущую экономическую и политическую силу плебейской верхушки и обеспокоенность патрициев этим обстоятельством.

Однако основная масса плебса была далека от процветания. Небогатый труженик не был в состоянии организовать обработку крупных земельных площадей из фонда ager pnblicus вдали от дома, даже если они теоретически стали ему доступны после закона Лициния и Секстия. Его уделом было либо получение хоть небольшого участка, либо выселение в колонию, что практически вымывало его из состава римского гражданства. И это было не худшей долей. Потерявший землю сельский плебей и бедный ремесленник вынуждены были брать в долг у своих богатых сограждан. Деньги, конечно, ссужались под проценты. Те всегда были высокими. Даже их ограничение в Законах XII таблиц оставляло их на уровне 8 1/3 годовых. На практике же эта норма постоянно превышалась. Поэтому борьба за облегчение долговых обязательств, за снижение ростовщических процентов проходит красной нитью через всю социальную историю Рима IV в. до н. э. Консулы 352 г. плебей Г. Марций Рутил и патриций из знаменитой своим демократизмом семьи Валериев Попликолов добились погашения долгов римлян за счет казны. В 347 г. до н. э. заимодавцам пришлось пойти на снижение процента в два раза, причем уплата долгов была отсрочена на три года при условии ежегодных взносов равными долями. В 332 г. эдилы привлекли к суду и добились осуждения ростовщиков за нарушение установленных правил предоставления кредита. Такой же процесс проходил и в начале III в. до н. э., причем ростовщики были наказаны конфискацией имущества. Эти ограничительные меры были абсолютно необходимы потому, что задолженность плебеев превратилась в страшнейшее бедствие. Обнищавшие теряли за долги не только имущество, но и свободу, становились кабальными (nexi). Такое положение дел могло устраивать лишь узкий круг денежных воротил, но пагубно сказывалось на обществе в целом, обостряло и без того сложную социальную ситуацию. Обедневшие и тем более кабальные выбывали из числа воинов, что в условиях бесконечных войн при ненадежности союзников грозило подрывом римской мощи.

Таким образом, в IV в. до н. э. плебс представлял собой сложную структуру. Его богатая верхушка практически оторвалась от основной массы плебеев, занятых производительным трудом, ведущих собственными силами свое скромное хозяйство как в городе, так и в деревне и живущих под угрозой задолженности и разорения.

Происходили изменения и внутри патрициата. Показателем патрицианского достоинства продолжала оставаться принадлежность к древним родам, т. е. gentes. Но роды постепенно теряли характер родовых общин, спаянных коллективной земельной собственностью. Общеродовые земли еще сохранились, но семейные наделы превратились в прочную, когда-то семейную, а теперь уже и в частную собственность главы фамилии.

Упрочение семьи в противовес роду нашло выражение в ономастике. Еще в царскую эпоху имя римлянина имело двучленный характер. Главным был nomen, т. е. гентильное имя, как, например, Петиции, Фабии, Юлии, Корнелии, Клавдии и т. д. Оно стояло на втором месте. Первое место в ономастической формуле занимало личное имя (praenomen), обозначавшееся на письме обычно в сокращенном виде, как, например, А. (Авл), Г. (Гай), Л. (Луций), М. (Марк), П. (Публий), Т. (Тит) и т. п. Женщины именовались по родовому имени отца, например Туллия, Юлия, Клавдия. Если дочерей в семье было несколько, их различали, нарекая дополнительным именем, часто образованным от порядкового числительного, т. е. Секунда (Вторая), Кварта (Четвертая) и т. д. Особо отличившиеся из римлян издревле получали иногда третье имя, или почетное ненаследуемое прозвище (cognomen), напоминавшее либо о происхождении (например, Аппий Клавдий Инрегилльский, т. е. из г. Инрегиллы), либо о подвиге (Г. Муций Сцевола). В IV в. до н. э. трехсложное имя в Риме укореняется. Когномен передается по наследству. Он обозначает теперь не личное отличие, а принадлежность к ветви рода, ведущей свое начало от выделявшегося какими-то деяниями или качествами предка. Когномен указывает на принадлежность к агнатской группе, т. е. к большой отцовской фамилии.

Это было подмечено еще в прошлом веке. Т. Моммзен связывал появление когноменов с процессом колонизации, при которой часть рода выселялась и должна была получить свое наименование. Позднее в науке стали связывать трехчленность римской ономастической формулы с влиянием этрусков, у которых она возникла раньше. Однако о простом заимствовании здесь не может быть и речи, как, впрочем, и о колонизации как о причине появления нового типа имени. Оба явления коренятся во внутреннем развитии римского общества, в трансформации рода с сокращением родовой собственности на основное средство производства, землю, в пользу фамильной и с развитием последней в частную собственность главы семьи (pater familias). В силу этих изменений родичи стали ощущать себя связанными уже не общинно-родовой, пошедшей на убыль, собственностью, а лишь общим родовым именем. Социально-экономическое обособление фамилии в противовес родовой общине и послужило основанием для утверждения трехчастного имени в Риме IV в. до н. э., как можно это постулировать и для этрусков в более раннее время. И действительно, среди римских патрициев активно действуют не просто Фабии, а Фабии Амбусты, Валерии Попликолы, Манлии Торкваты, Корнелии Коссы и Корнелии Лентулы и т. п. Тот же процесс наблюдается и среди плебеев. Причем у них он из-за неприятия государством плебейских родов идет более интенсивно. И мы встречаем среди персонажей IV в. таких представителей плебеев, как Г. Лициний Столон, Л. Секстий Латеран, Г. Петелий Либон и др.

В основе всех этих перемен лежали глубинные социально-экономические процессы, прежде всего прогрессивное развитие рабовладельческих отношений.

В рассказах древних авторов о событиях V в. о рабах говорится крайне редко, хотя существование института рабства не вызывает сомнений, так как удостоверяется Законами XII таблиц. В античной традиции о IV в. дело обстоит иначе. Рабы упоминаются в таком значительном документе, как международный договор, т. е. 2-й договор между Римом и Карфагеном (348г.), приведенный Полибием (III, 24, 1). Свидетельством распространения рабства служит и Манлиев закон о налоге на отпуск рабов на волю. Рабы действуют в восстании воинов, расквартированных в Кампании в 342 г. до н. э. Буквально каждое сообщение Ливия о победе римлян сопровождается известием о пленении тысяч побежденных — как воинов, так и мирного населения, женщин и детей. И сами войны рисуются имеющими в значительной мере цель охоты на рабов. Захват пленных считался естественным, осуществлялся «по праву» войны (Ливий, VIII, 37, 11). Конечно, не все пленные тут же обращались в рабов. Случались и выкупы, и жестокие экзекуции. И все же рабское состояние большей части пленников несомненно, потому что они массами пускаются в продажу (Там же, V, 221; VI, 22, 4; VII, 27; IX, 42).

Римская экономика той поры вряд ли могла поглотить многие тысячи рабов в качестве рабочей силы. Ведь на обширных площадях в римских владениях трудились клиенты и кабальные должники. Поэтому значительная часть рабов могла быть продана союзникам, в том числе и за пределы Лация. Работорговля производилась тогда преимущественно от имени государства, и вырученные деньги поступали в казну. Но все-таки немалая часть невольников оседала и в Риме. Одни из них становились государственными рабами, помогавшими магистратам и жрецам в исполнении их обязанностей. Характерен в этом смысле случай с Петициями. В 312 г. до н. э. обслуживание культа Геркулеса было изъято из ведения этого древнего рода и передано в руки государственных рабов. Другие рабы становились частновладельческими. Многие персонажи IV в. выступают в качестве рабовладельцев. Это и должностные лица, и весталки, и знатные дамы. Некоторых рабов господа приближают к себе, воспитывают вместе со своими детьми. Из них формируют верных спутников и помощников. О таком рабе говорится у Ливия в одном из эпизодов II Самнитской войны. Это невольник патриция, родственника консула 310 г., сопровождавший его на воине. Он был обучен еще в детстве вместе со своим господином этрусскому языку, а потому и взят с ним в рекогносцировку, будучи в Циминском лесу. Отношения других рабов со своими хозяевами выглядят менее идиллически. Так, в 331 г. до н. э. был раскрыт заговор матрон, изготовлявших яды и погубивших ими много людей. Это вскрылось благодаря доносу одной из рабынь. В награду за донос эдилу эта рабыня обрела свободу. По доносу своего раба была обвинена в 337 г. в нарушении девства весталка Минуция. Сначала ее отстранили от священнодействий, а потом запретили отпускать на волю своих рабов, чтобы суд не лишился возможности допросить их по всей строгости закона именно как рабов. Вина несчастной Минуции была доказана, и она в соответствии с обычаем была заживо зарыта в землю. В этой истории весталка показана госпожой нескольких рабов.

Частично рабы находились при своих господах в качестве прислуги, вероятно работали на кухне. Но концентрация земель в руках одного хозяина неминуемо влекла за собой в условиях сравнительно примитивной экономики применение разных видов подневольного труда, в том числе и рабского. Это имело место и в патрицианских, и тем более в плебейских имениях, на землях как частных, так и оккупированных, т. е. из фонда ager publicus.

Хотя в IV в. до н. э. заметно росла численность рабов за счет военнопленных и происходило включение их в сферу производства, раб не был доведен еще до уровня говорящего орудия и сохранял черты человеческой личности. Рабы могли выступать в делах в качестве поручителей, нести жреческие функции при культе домашних Ларов, прибегать к убежищам и пользовались защитой плебейских трибунов в случае особой жестокости к ним со стороны господ.

Рост числа рабов в эпоху Ранней республики был связан с военной активностью римлян, и войны были главным источником получения рабов. Развитие рабства меняло социальную структуру Рима. Возможность использовать в качестве рабочей силы чужаков из военнопленных привела, наконец, к отмене долговой кабалы. По закону Петелия (326 г. до н. э.) должник отвечал перед кредитором только своим имуществом, но не личностью. Так освобождение кабальных произошло за счет рабов-иноплеменников. К концу IV в. до н. э. из патрициата и богатого плебейства сформировался класс рабовладельцев, а на другом полюсе — класс рабов. Рим стал раннерабовладельческим государством.

Социальная трансформация, происходившая в Риме, увенчалась развитой формой республиканского устройства; несмотря на сопротивление патрициев, плебеи в течение IV в. добились допуска ко всем магистратурам. В 351 г. их допустили к занятию цензорской должности; в 341 г. по закону Генуция оба консула могли быть плебеями; в 337 г. плебеям было разрешено становиться преторами; в 311 г. плебеям удалось сделать выборными военных трибунов, до того назначавшихся консулами. Вместе с тем плебс вел атаку и на жреческие коллегии. С 367 г. они получили право входить в число жрецов — хранителей и толкователей Сивиллиных книг, сборника прорицаний, к которому обращались в особо сложных случаях, не находя разгадки чудесных знамений в книгах понтификов. В этом же году это право было реализовано, и пять жрецов из десяти были выбраны из плебеев. В 300 г. по закону трибунов братьев Огульниев увеличивалось число членов жреческих коллегий авгуров и понтификов, в которые допускались плебеи.

Все большее значение в жизни Рима приобретали собрания плебса но трибам (concilia plebis). Решения, принятые на них (плебисциты), становились все более авторитетными. В 339 г. был проведен Публилием Филоном закон, повторяющий закон Валерия-Горация 449 г., по которому плебисциты становились обязательными для всех римлян законами. Если в XIX в. это сообщение древних рассматривалось как дупликация событий в традиции, то в современной науке оно рассматривается с учетом юридических тонкостей, касающихся названных законов. Признается, что они фактически не идентичны, поскольку связаны с решениями сената разного состава. Начиная с 449 г. до н. э. плебисциты становились обязательными для всех римлян без вотирования их в центуриатных комициях, но при непременном одобрении сената, состоявшего тогда из одних патрициев. В IV в. до н. э. ввиду изменения социального состава сенаторов понадобилось уточнить характер сенатского согласия на плебисцит. Это было достигнуто с помощью закона Публилия Филона 339 г., по которому одобрение плебисцита давалось всеми сенаторами, включая плебейских членов его. В 287 г. но закону Гортензия отпала надобность в сенатском одобрении плебисцитов.

Сложившееся в ходе V-IV вв. римское государственное устройство имело трехчленную структуру. Во главе Рима стоял сенат из 300 членов, комплектовавшийся из бывших магистратов. В соответствии с занимаемой должностью сенаторы делились на консуляриев, преториев, квесториев. Список сенаторов именовался album. Первым в списке стояло имя старейшего, который назывался принцепсом (princeps). Никакими привилегиями он не пользовался. Но когда вопрос решался путем поименного опроса, он высказывал свое мнение первым. Формально законодательной инициативой сенат не обладал, но его мнение (auctoritas patrum) влияло на деятельность магистратов и до 287 г. даже на принятие законов. Сенат руководил внешней политикой и распоряжался казной — эрарием, что заставляло все звенья государственного аппарата считаться с ним. Сенат, несмотря на включение в него плебса, а после 304 г. до н. э. — даже потомков вольноотпущенников, всегда был оплотом традиций и аристократии.

Функционировали все три вида народных собраний. С течением времени их функции разграничились. Куриатные комиции постепенно теряли реальное значение, сохранив за собой дела, касающиеся семейнородовых коллективов: переход жен из рода отца в род мужа с одновременным переходом под опеку новых божеств, утверждение завещаний, усыновлений, формальное утверждение кандидатов в должности, обладавшие империумом. В центуриатных комициях проходили выборы высших должностных лиц. Собирались комиции обычно на Марсовом поле за пределами города. Образовались из плебейских собраний по трибам трибутные комиции. В них голосование проводилось в каждой трибе по отдельности без учета имущественного ценза граждан. Триба обладала одним голосом. Демократизации этого вида собраний содействовала реформа, проведенная цензором 312 г. Аппием Клавдием Цеком, разрешившая ремесленникам и торговцам записываться в сельские трибы. Возрастание роли триб в общественной жизни Рима выявилось особенно четко в законе Папирия (304 г. до н. э.). Согласно этому закону запрещалось освящать, а стало быть и строить, дом или алтарь без разрешения трибы. Проходили трибутные собрания обычно на Форуме, в специально отведенном для этого месте.

Исполнительная власть в Риме принадлежала магистратам. Магистратуры делились на ординарные, включавшие все должности, и экстраординарные, действовавшие в моменты затруднений и напряжения в государстве, когда обычные должностные лица с ними справиться не могли: во время войн, мятежей, стихийных бедствий. Экстраординарными магистратами были диктатор и его помощник — начальник конницы. Диктатору повиновались все должностные лица. Назначался он для выполнения определенной задачи, но не более чем на 6 месяцев, после чего непременно слагал свои полномочия. Впервые в Риме диктатор был избран в 501 г. до н. э. Внешним отличием диктатора было то, что в городе перед ним шла почетная стража из 24 ликторов с фасциями.

Ординарные магистраты делились на старших, избиравшихся в центуриатных комициях (цензоры, консулы, преторы) и младших (эдилы, квесторы). Часть из них обладала империем — консулы, преторы. Некоторые должности считались курульными, так как носители их имели право восседать на курульных, т. е. на украшенных слоновой костью седалищах (консулы, преторы, курульные, т. е. неплебейские, эдилы). С уравнением в правах патрициев и плебеев превратились в общегосударственных магистратов и народные трибуны. Если на все должности стали выбирать как патрициев, так и плебеев, то народных трибунов и плебейских эдилов продолжали избирать только из состава плебса, так что патриции, пожелавший получить трибунат, должен был переходить из патрицианского в плебейский род. Практически магистратами были и члены жреческих коллегий, которых стал выбирать народ. Все магистратуры были коллегиальными срочными и безвозмездными.

С завершением борьбы патрициев и плебеев и включением последних в гражданство изменилось социальное значение терминов «populus» и «plebs». Они стали взаимозаменяемыми, обозначающими «простой народ» в отличие от знати. Рим окончательно сформировался как патрицианско-плебейский полис (civitas), гражданская община, основанная на античной форме собственности. Положение римлянина было обусловлено непременным наличием трех состояний (status): принадлежности именно к Римской общине, ветви римского рода и к свободным людям. Следствием этого являются права, главными из которых были: право вступать в законный брак (ius connubii), владеть имуществом и вести дела под охраной римских законов (ius commercii), право участвовать в комициях (ius siffragii) и право быть избранным на почетные должности (ius honorum). Благодаря безвозмездности магистратур пользоваться высшим политическим правом, т. е. избираться в консулы, преторы и т. п. могли только богатые люди. Поэтому Римская республика осталась аристократической, хотя социальная сущность аристократии изменилась: состав римской знати к концу IV в. до н. э. усложнился за счет богатого плебейства.

* * *

Параллельно с социально-политическими перестройками шло в Риме и развитие культуры. Формировалась полисная идеология с присущими ей чертами коллективизма, представлением о замкнутости общины и свободе ее членов. На этой основе складывается образ героя. Это свободолюбитвый гражданин, патриот, труженик и воин, неприхотливый в быту, готовый пожертвовать собой и даже своими детьми ради Рима. Целая плеяда таких граждан староримского образца служила идеальным примером для подражания и воспитания — Валерий Попликола, Муций Сцевола, Т. Квинкций Цинциннат, М. Фурий Камилл, М. Курий Дентат и др.

В соответствии с характерной чертой римской религии, т. е. почитанием абстрактных понятий, поклонением пользуются божества Свобода, Доблесть, Согласие, храм которому после завершения сословной борьбы воздвигается у подножия Капитолия. Прежние патрицианская, капитолийская и плебейская, авентинская триады божеств возводятся в ранг общеримских государственных богов. В общеримский пантеон включаются боги, олицетворяющие хозяйственные сферы деятельности, например Меркурий (бог торговли и путей). В 495 г. ему посвящается храм, выстроенный невдалеке от Великого цирка.

С образованием гражданской общины прогрессировало и правотворчество. Сложилось понятие права граждан (ius civile). Область светского права отделилась от религиозного. Произошло разделение светского права на публичное, т. е. государственное, и частное.

Условия полисной жизни, сопряженные с функционированием сената и комиций, требовали совершенствования речевой культуры. Политическим деятелям приходилось обсуждать различные вопросы, формулировать свои предложения. В качестве знаменитого оратора славился Ап. Клавдий Цек, цензор 312 г., известный своими демократическими реформами. Первой записанной речью была его сенатская речь против заключения мира с Пирром (начало III в. до н. э.).

Развитие римской государственности вызывало необходимость в письменной документации. В Риме распространилась грамотность. Это повлекло за собой реформы латинского письма. На IV в. до н. э. падает усовершенствование латинской письменности, в частности ее упрощение за счет отказа от греческой дзеты, что также связано с именем Ап. Клавдия Цека.

Развитие латинского языка и письменности свидетельствует о развитии культуры на местной основе. Но вместе с тем в эпоху Римской республики заметно сильное этрусское влияние. Несмотря на то что язык этрусков не привился в обыденной жизни народа, римская знать непременно включала его в круг образованности, без чего невозможно было знакомство с этрусской литературой и мантикой, пользовавшейся особой популярностью.

Издревле римляне, подобно другим италикам, грекам и иным народам, отмечали праздники урожая, сопровождавшиеся веселыми и остроумными импровизированными диалогами. Такие же самодеятельные выступления с насмешливыми, порой едкими песенками, исполнявшимися солдатами, были обычными во время триумфов полководцев. Впервые об этом упоминается у Ливия в описании триумфа Квинкция Цинцинната (458 г.). Народным обычаем были и импровизированные песенки фривольного содержания, исполнявшиеся во время свадебных торжеств. Все эти шутливые песни и родившиеся на их основе представления назывались Фесценнинами. В появлении Фесценнин сквозит воздействие этрусской культуры, поскольку само название производилось в древности, по одной из версий, от названия этрусского города Фесценний. В еще большей степени проявляется влияние этрусков в утверждении в Риме развитых форм сценического искусства. Первые театральные представления связаны были с разразившейся в городе в 364 г. моровой язвой. По совету этрусков для умилостивления богов были приглашены в Рим из Этрурии актеры, исполнявшие под флейту танцевальные номера и пантомиму. Римляне вскоре присоединили к этому куплеты и диалоги. Самодеятельные исполнители такой драмы получили этрусское название гистрионов.

Профессия артиста считалась в Риме низкой, поэтому артистами были либо иностранцы, либо люди низкого социального положения.

В области драматической поэзии и театра римляне испытали влияние и кампанских основ. Они заимствовали у них ателлану, одноактную комедию масок, названную по г. Ателлы. В ней действовали обжора Макк, надутый хвастун Буккон, карикатурный старик Папп и ученый шарлатан горбун Доссен.

Большое воздействие оказали этруски и на архитектуру и изобразительное искусство римлян раннереспубликанской эпохи. Специфически самобытной чертой римского зодчества и строительного дела были полезность и целесообразность. После галльского пожара была построена мощная оборонительная стена, а Аппий Клавдий Цек организовал постройку общественной дороги, соединившей в ту пору Рим с Капуей, в IV в. получила окончательный вид Великая клоака.

Этрусские градостроительные принципы больше давали себя знать при основании колоний, где удавалось осуществить планировку по так называемому «этрусскому образцу», т. е. аналогичную греческому Гипподамову, плану.

Идущие из Этрурии и Великой Греции культурные импульсы ощущались в скульптуре. От Ранней республики сохранились немногие образцы преимущественно мелкой пластики. Примером художественного ремесла может служить так называемая — по имени владельца — шкатулка Фикорини (конец IV-начало III в.). Сам предмет — из этрусского обихода. Крышка его украшена тремя фигурами, выполненными в манере эллинистических греков. Надпись на ней удостоверяет, что она изготовлена в Риме. Уже в раннюю эпоху появились в римских домах ларарии, шкафы, в которых хранились маски умерших предков. Отсюда идут истоки римского реалистического портрета. Развивалась в Риме и живопись. Известно, что в честь победы римлян во II Самнитской войне представитель древнего рода Фабиев украсил росписью стены храма бога Салус (Здоровья), за что получил прозвание Пиктора (художника), унаследованное и его потомками.

Таким образом, впитывая различные влияния, формировалась и прогрессировала своеобразная римская культура.